November 11th, 2006

Touching details

Женско-мужская дружба - она в очень тонких нюансах.

(это все разные люди)

Человек, не отводя взгляда, за секунду нащупывает зазвонивший телефон, распахивает его, отбивает звонок, захлопывает трубку и убирает ее обратно в джинсы - чтобы не помешать тебе петь.

Ты, после минутного колебания, вытираешь тыльной стороной ладони губы - которые при выходе из дома красила пятнадцать минут, сначала контурный карандаш, потом помада, потом липкий блеск - потому что мальчики пьют из горла чинцано, пуская бутылку по кругу.

Вы сидите в зале, сплетясь руками, и каждый раз, когда ты кладешь голову ему на плечо, он рефлекторно, бесшумно, по-свойски целует тебя в макушку.

У тебя всегда в сумке какая-нибудь ненужная дисконтная карточка, чтобы он мог вырезать медиатор, если ему понадобится.

Тебе в комнату приносят вкусной еды и чашку чаю, и, когда ты пододвигаешь тарелку, желая делиться, он говорит: "Я тебе готовил, я не хочу".

Он пишет тебе в аську: "У моей девушки тебе подарок".

Ты в шесть утра смотришь кино, а он приходит на диван, кладет твою ногу как ему надо и пытается примоститься. Проходит минут семь, он подтягивается, ложится щекой тебе на живот и разгибает твое согнутое колено, потому что ему не видно. Потом просто ложится рядом, утыкается носом тебе в плечо и сладко засыпает.
  • Current Music
    Seal - Kiss From a Rose

Бе-бе-бе


  • - Так вот мы с моей старой подругой...

    - Какая старая подруга, чуви, вы трахаетесь как из ружья!

    - Это взаимовыручка, Вера.



  • Спросонья - это женщина, задающая много вопросов.



  • Ловим на Тверской машину часов в шесть утра.

    - До Войковской, двести.

    - На Соколе еще по дороге выбросить, у метро прямо можно.

    - Какое метро, Вера, ты едешь на Войковскую. Яичница утром.

    - Нет, ну блин, там просто притормозить на Ленинградке прямо.

    Водитель, пожимая плечами: Я вообще не знаю, где этот Сокол. Там сворачивать надо куда-то? Я никуда сворачивать не буду.

    - Какое сворачивать! По прямой!

    Водитель ухмылисто смотрит в зеркало заднего вида на сидящего рядом со мной, тот улыбается в шарф.

    - У вас заговор что ли мужской, я не пойму.

    - Какой заговор, Вера, просто все понимают без слов, что тебе надо на Войковскую.

    - Ну какая Войковская, чуви, я такая злющая по утрам, зачем тебе это.

    - Я тебе комнату целую предоставлю.

    Водитель: У меня и дверь-то левая не открывается.

    - Да, а из правой хрен кто тебя выпустит.

    - Блин, как быстро спелись, с ума сойти! Слушайте, шеф, это я вас словила, между прочим! Вы должны быть на моей стороне сейчас!

    Водитель: А я на Вашей, правда. Поверьте мне. Если он подкачает - в следующий раз точно высажу на Соколе. Обещаю.

Пшшш

Р. К.


Помолчи меня, полечи меня, поотмаливай.
Пролей на меня прохладный свой взор эмалевый.
Умой меня, замотай мне повязкой марлевой
Дурную, неостывающую башку.

Укрой меня, побаюкай, поуговаривай,
Дай грога или какого другого варева;
Потрогай; не кожа - пламя; у ока карего
Смола закипает; все изнутри пожгу.

Такая вступила осень под сердце точненько –
Пьешь горькую, превращаешься в полуночника,
Мешком оседаешь в угол, без позвоночника,
Как будто не шел – волок себя на горбу.

Да гложут любовь-волчица, тоска-захватчица –
Стучит, кровоточит, снится; поманит – спрячется;
Так муторно, что и хочется – а не плачется,
Лишь брови ломает, скобкой кривит губу.

И кажется – все растеряно, все упущено.
Все тычешься лбом в людей, чтобы так не плющило,
Да толку: то отмороженная, то злющая,
Шипящая, как разбуженная гюрза.

Становишься громогласной и необузданной,
И мечешься так, что пот выступает бусиной
У кромки волос.
Останься еще. Побудь со мной.
И не отводи целительные глаза.



11 ноября 2006 года.