February 23rd, 2007

little bit shy (c) slovno

Music Junkie

Славно живу - вчера БГ во МХАТе: Веселый Роджер во всю стену, благовония по всему залу, и сам такой уже старый поп-расстрига, альтернативный Юрий Антонов, байкерский Санта-Клаус; я страшно люблю БГ, о нем невозможно думать без улыбки - не в смысле смешной, а в смысле чудесный; мою любимую песню про козу спел этаким проповедником прямо, как с кафедры, руки воздевал, на колени падал; "Маму-я-не-могу-больше-пить" - с запилами басовыми, в инфернальном красном свете; он чистый, конечно, кодировщик от запоев, помесь шамана с Миком Джаггером; бородатая солнечная батарея, после него очень долго еще все на свете хорошо.

А сегодня слушала Богушевскую, Умку, Сурганову и Бучч в "Тени", они, конечно, дико контрастные девушки, Умка, которая выходит после холеной, тонкой, райской птицы Богушевской - в своей растянутой футболке и вопит "Я ненавижу их - я ненавижу девочек!" - это уже само по себе анекдот; Сурганова мне мила, но тексты ее мне отчетливо не близки; а Лена Бучч это ураган с бровями, чего там. Красивая она стала нестерпимо уже, я все жду, когда это прекратится, губы же все можно сгрызть.

А потом я поехала к Рыжей на вечеринку, встретила Полину, и мы, не репетируя, без подготовки, спели даже немножко песен, и нас даже поддержали.

Смесь ужаса и любопытства - приоткрываешь правый глаз, а у сцены люди стоят и подпевают. Закрываешь немедленно глаз и думаешь - их нету, нету, сааматайм, они все пьяные, завтра никто ничего не вспомнит, ээнд йор ливииин из изи, фиш аар джампин, энд ве каттон из хааай.

На вечеринке подвели меня к высокому, отчаянно голубоглазому юноше и сказали, что вот, собственно, это сын певицы Богушевской, и, по совместительству, Алексея Кортнева.

- Тема! Ни фига себе. Я про тебя буквально только что в книжке читала.

Тема на редкость скромен и мил; душу можно продать, думала я по дороге домой, за таких родителей; с другой стороны, мы вчера с Игорем рассуждали, сидит ли Алиса Гребенщикова в первом ряду во МХАТе, и он говорит, что читал где-то с ней интервью, и она качала головой:

- Мы мало общаемся. Ну, просто представьте, какие у меня могут быть проблемы, и какие - у него.

В смысле: я вот вчера рассталась с мальчиком, а папа опять весь вечер хоронил рок-н-ролл.

Завтра пойдем с Ромой на Сплин.

Мороз на улице такой, что наушники от айпода превращаются в докторские - не гнутся, можно сломать пополам. И песни можно листать через толстую варежку, и он почувствует - а раньше бы нипочем; лицом трудно очень управлять, мимика смерзается вся в одну большую раскрасневшуюся охренелость.

Я танцую на платформе метро под "Monkey Business" Майкла Джексона, и два чувака начинают хлопать в такт.

Ты ропщешь, читатель, что я ничем не делюсь с тобой, кроме экзистенциального одиночества - так получи же шарик экзистенциального кайфования бесплатно, за долготерпение.

Peace.