April 22nd, 2008

(no subject)

Чико днем носит шорты защитного цвета, белую бандану и очки, выглядит как парень из латинского квартала; вечером переодевается в черную рубашку с воротничком-стоечкой, брюки и туфли. Я не сразу его узнаю.

Он и правда танцор, я не ошиблась; днем учит латине, вечером танцует брейк. Волосы у Чико вьются мелким бесом, а сам он темнее ада.

- Чико, что в тебе за кровь?

- Я наполовину египтянин, наполовину турок.

- Я думала, ты с Кубы или Ямайки.

Смеется.

- Это не мой цвет, Вера. Мой вот. - выворачивает руку, тычет во внутреннюю сторону предплечья.

- Dark chocolate.

- Exactly.

Потом тоже.

- А дети тоже будут dark chocolate, Чико?

- (смерив меня взглядом и что-то прикинув в уме) Нет, светлее. Кофе с молоком.


Мы друзья с ним - мы сбегаем в город после обеда, шаримся там, сидим треплемся на берегу залива и перешучиваемся через стол во время ужина; он хочет отпросить меня у мамы и увести танцевать в город. Чико не знает русского вообще - хотя у него была русская девушка, трагическая, как водится, любовь.

Мама Чико недолюбливает, он выглядит для нее сущим чертом; она грозит ему пальцем издалека и называет обидным словом "кочерыжка".

От меня отстали мои демоны. Я научилась сидеть на берегу, слушать музыку и не думать вообще ни о чем.

Теперь вот пойду потанцую.