December 4th, 2008

minnie mouse (c) astashka

(no subject)

Ходили с братьями Кристовскими слушать во МХАТ юбиляра БГ.

Играли перед концертом в домино в артистическом буфете. В домино. (Рыба! Я же говорил - рыба! Считаемся!)

Лучезарен юбиляр БГ, на сцене у него семнадцать человек, за спиной от пола до потолка у него кто-то из густонаселенного индуистского пантеона с ситарой - или, ок, каким-то аутентичным инструментом; он написал новых песен, из которых "Девушка с веслом" и "Слово Паисия Пчельника" гомерически смешные, а на "Соколе" позвонил Костя Щ из Индии и честно его прослушал на двадцать рупий из последних ста оставшихся на счету.

Мне после Индии ничто не кажется загадочным или непонятным в его текстах - наоборот, предельно прямо человек изъясняется, разжевывает, я бы даже сказала - "сжег свой пентхаус. снял пробу с лозы. и вышел плясать в туман над Янцзы".

А вот Вова говорит, что начал засыпать через час, маяться и подумывать о том, чтобы дезертировать; ему, видите ли, не хватает драйва и действия на сцене; ну так он и про Гоа сказал, что на шестой день полез там на стену с тоски, все объездив, искатав, изучив подробно каждого знаменитого гоанского фрика; ты невротик и параноик, говорю, дружочек, - Володя сидит, согнув шею, у меня на коленях, потому что мы едем вшестером в сережиной машине, а снаружи проливной ледяной дождь и темень, - БГ тебе однообразен, Гоа тебе средоточие торчков и лузеров, никакого мира в душе у тебя, Владимир; никакого, кивает, мира, да, - прекрати ерзать, Кристовский, я тебя высажу сейчас, две минуты не может спокойно посидеть - мама, не кричи.

Братья Кристовские давали сегодня интервью каналу СТС - такое, что оператор едва не падал со своего стульчика с камерой вместе, а мы с Лизой лежали лбами друг другу в плечи и икали -

- А вы в детстве облизывали металлические поверхности в мороз?

Вова: Я до сих пор иногда. Увидите меня где-нибудь прилипшего языком к фонарю - знайте, мне нужна помощь.

Лиза: Скорая.

Ассистентка: Психиатрическая.

- Скажите, а как вы спасаетесь от холода?

Вова: Мы тремся.

Сережа: Об ось.

Вова: Бывает, что и об ось.

На самом деле, этот пост совсем не об этом. Он о том, что в эту пятницу мы с БГ будем в эфире Серебряного Дождя, у Миши Козырева - я в семь, а он в восемь.

Так-то.

Дели

это большой цикл. поехали.

Чему учит нас Дели, мой свет?
Тому, как могущественны жара, нищета и лень.
И тому, что все распадется на пепел, мел, полиэтилен.
И тому, что все тлен
и все обратится в тлен.

Чему Дели учит меня? Тому, что бесценные километры я трачу зря,
Заедая пустотами пустоту, проще говоря,
Еду в Индию, чтобы помнить про этот год
что-нибудь, кроме утра пятого января.

Чему учит нас Индия? Тому, что молчанье речь,
расстояние лучший врач,
Того, чего не имеешь – не потерять,
что имеешь – не уберечь.
Так что обналичь и потрать свою жизнь до последней старости,
Проживи поскорее прочь.



2 ноября 2008 года, поезд Дели-Варанаси

Варанаси

Чему учит нас Варанаси, мой свет? Тому лишь, что жизнь есть сон.
Тому, что всю мощность средства передвижения
заключает в себе клаксон.
Тому, что храмовая мартышка входит в разряд
влиятельнейших персон.

Чему Варанаси учит меня? Тому, что окажешься на вершине, дойдя до дна.
Тому, что у нас начались последние,
а у них еще ветхозаветные времена.
Нелегко придется Тому, Кто родится здесь,
чтоб за все заплатить сполна.



4 ноября 2008 года, Варанаси

Каджурао

Чему учит нас Каджурао, мой свет? Тому, что love is just passing by.
И вы едете в одном поезде – ты до Сатны, а он в Мумбай.
Он во сне улыбается, ты любуйся и погибай.

Чему Каджурао учит меня?
Тому, что в сравнении с местными божествами я молода.
Тому, что на голой любви могут быть построены целые города.
Самый легкий способ ее найти – это выйти из дому
и отправиться
в никуда.


6 ноября 2008 года, Каджурао-Орча.
Eduardo

Орча

Чему учит нас Орча, мой свет? Махараджи умели строить себе дворцы.
Имели шесть жен, сто наложниц и вообще были молодцы.
Нет ничего забавней звонка домой из такой глуши,
изумленной маминой хрипотцы.

Чему Орча учит меня? Тому, что через неделю мой праведный гнев зачах.
Дети, без страха берущие тебя за руку, женщины с тазами на головах
и корзинами на плечах.
Ласси из папайи за двадцать рупий в деревне вечером при свечах.
Боги с голубыми телами, с большой иронией в безмятежных своих очах.
Все, что нужно белому человеку – забыть о всех его киевлянах
и москвичах.



7 ноября 2008 года, дорога Орча-Гвалиор
mouth (c) slovno

Семь ночей

Так-то, мама, мы тут уже семь ночей.
Если дома ты неприкаянный, мама, то тут ты совсем ничей.
Воды Ганга приправлены воском, трупами и мочой и жирны, как масала-чай.
Шива ищет на дне серьгу, только эта толща непроницаема
ни для одного из его лучей.
И над всем этим я стою белокожей стриженной каланчой,
с сумкой «Премия Кандинского» вдоль плеча.
Ужин на троих стоит пять бачей, все нас принимают за богачей,
И никто, слава богу, не понимает наших речей,
И поэтому мы так громко все комментируем, хохоча.

Каждый бог тут всевидящ, мама, и ничего, если ты неимущ и тощ.
Варишь себе неизвестный науке овощ, добавляешь к нему
какой-нибудь хитрый хвощ
И бываешь счастлив; неважно, что на тебе за вещь,
Важно, мама, какую ты в себе
заключаешь при этом мощь.

В общем, мы тут неделю, мама, и пятый город подряд
Происходит полный Джонатан Свифт плюс омар-хайямовский рубаят.
Нужен только крутой фотоаппарат, что способен долго держать заряд,
И друзья, которые быстро все понимают. Ничего при этом не говорят.

Так что, мама, кризис коммуникации, творческое бессилие,
отторгающая среда –
Это все, бесспорно, большие проблемы, да,
Но у них тут в почете белая кожа, монетка в рупию и вода,
В городах есть мужчины в брюках – если это серьезные города,
Так что мы были правы, когда добрались сюда.
О, как мы были правы,
когда добрались сюда.



7 ноября 2008 года, Агра
hey (c) pavolga

Агра

Чему учит нас Агра, мой свет? Мегаполис: каждый десятый спит на белье,
каждый пятый о нем слыхал.
Над портретом Шивы и Парвати лампа, чтоб глаз приезжего отдыхал.
Тадж Махал был построен, чтобы все расы мира
встречались перед воротами в Тадж Махал.

Чему Агра учит меня? Надо брать парату – парата везде вкусна.
Индия лежит под колесами, словно поверхность Марса,
и остается с тобой честна:
Ничего не забрать отсюда себе на память, как с того света
или из сна.


8 ноября 2008 года, перегон Агра-Пушкар
рыбачка соня (с) astashka

Древнерусская тоска

Мы в Пушкаре, мама, это штат Раджастан, если в двух словах.
Женщин с двумя головами нет, но есть женщины в шторах
с дровами на головах.
Мы ночуем в пустыне, мама, пахнет кострами, травами
и верблюдами, ущемляемыми в правах.

Люди будто сушеные мама – рука у взрослого человека
всегда толщиною с плеть.
На каждом товаре по сантиметровому слою пыли,
каждая спальня – сырая клеть,
Здесь никто ничего не сносит, не убирает, не ремонтирует –
всему просто дают истлеть.

Едут бешеные автобусы, дребезжат, и машины им вслед визжат,
и перебегают дорогу босые женщины в сари
– у любой ребенок к груди прижат,
И коровы тощие возлежат, никому не принадлежат,
И в углу кафе сидим мы, сытые эксплуататоры, попиваем свой оранжад.

Костя вывихнул руку, мама, вздыхает так, будто бы кончина его близка.
Мы в пустыне, мама, нет ничего, кроме звука пищалки,
запаха ночи, огня, песка,
Я смотрю на все это дело, мама, и тут, конечно,
древнерусская обязательная тоска.



8 ноября 2008 года, Пушкар