Вера Полозкова (mantrabox) wrote,
Вера Полозкова
mantrabox

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Уматурман в "Олимпийском"


Это называется - прошел год.

У меня преимущество: я их любила уже тогда, когда про них никто ничего не слышал. К моменту выхода официального дебютного альбома я знала наизусть все песни до единой.

Мне сначала позвонил Дмитрий Львович и предложил билеты, чуть ли не оба - я уговорила его пойти со мной, а на следующий день позвонила Нелли name_of_rose и тоже позвала в Олимпийский, и тут уже мама встала и говорит - я, я хочу! Почему всё тебе!..

В результате довольно психоделическая компания подбирается на Проспекте Мира - Нелли, Дима и мы с мамой - только я одна знаю, какие все мы славные, на самом деле, - но очень скоро все это тоже понимают.

Олимпийский, понятно, полон, страшные толпы, все долго рассаживаются; концерт начинается с видеосъемки, транслируемой с экранов: ребята идут по коридору, приходят в гримерку, тусуют, хохочут, приветственно обнимаются с музыкантами, подрисовывают себе же на собственных афишах усы и дымящиеся сигары. Пишут на листах маркером "Привет!", "Как дела!" - и зал отзывается ревом; пишут "Встречайте барабанщика!" - и мальчик выходит из гримерки, идет по длинному коридору - и вдруг действительно оказывается на сцене; самих ребят выводит на сцену целый полк моделей, одетых в желтый мотоциклетный костюм Умы Турман из "Kill Bill".

На Володе ядовито-розовая кофта, фирменная шляпа; на Сереже рубашка с рукавами, имитирующими татуировки.

Я первый раз в Олимпийском; меня поражают масштабы; мне казалось, мы все равно будем недалеко, а в итоге я сижу в другом от конце стадиона от ребят и мамы.

Володя поет несколько первых песен, у него щетина и кудри, у него под кофтой маечка в умопомрачительный синий цветочек; Володя, оказывается, трогательно кривозуб, как молодой Михалков в "Свой среди чужих"; он в самые эмоциональные моменты песен зажмуривает глаза и отрицательно вертит головой, будто не хочет во что-то верить; он перемещается по сцене, покачивая шляпой в такт, и смеется, и говорит косноязычно и искренне; Володя вообще на самом деле двенадцатилетний мальчишка, у которого что-то играет в бумбэссе, и он пританцовывает по комнате, подпевает в расческу вместо микрофона, улыбается, чего-то говорит воображаемой публике - но публики нет, и он расслаблен и счастлив.

К Володе на сцену поднимается группа "После одиннадцати", и странноватый солист кричит в микрофон:

- Привет, Олимпийский!

И Володя, ремаркой: Он всегда мечтал это сказать.

Они поют вместе "Объясни мне", которая с балалайкой и саксофоном звучит как-то уж совсем душевынимающе; Володя представляет Шахрина, "песни которого мы очень любили в детстве, и пели вместе на кухне, и, - легкий щелчок пальцами в шею, - это... ну, всем было хорошо. Встречайте, группа Чайф".

Шахрин - старый, матерый шоумен; в его повадке демонстративность и статус; он поет "Раненый в висок", с надрывом, пафосно, выделяя голосом все эти "слезы на песок - смысл бытия", хотя в общем вся и соль в том, чтобы говорить это, как Кристовский-младший, очень спокойно; Шахрин под конец взрывается губной гармошкой; зал ревет. Оба Володи, в свою очередь, поют "Я вижу, я снова вижу тебя такой, в дерзкой миниюбке..." - и все подхыватывают: "Пусть все будет так, как ты захочешь, пусть твои глаза как прежде горят".

Между гостями Уматурман поет по одной новой песне, и у меня отлегает от сердца: я боялась, это будет сильно слабее и глуше, у них был безумный год, их рвали на части, что пронизывающего тут напишешь - но новый альбом едва ли не сильнее первого, впрочем, позже об этом.

К ним поднимается Володя Пресняков, и вот лучше бы он не делал этого: он как-то совершенно безобразно обрюзг, расплылся и стал жутко карикатурен в последнее время; когда он дружески обнимает за плечо молодого, абсолютно не напрягающегося, неотразимого Кристовского, а сам тужится, широко улыбается, как в объектив, и пытается что сымпровизировать - это выглядит жалко. Он поет "Стрелу", в конце они начинают тихонько стебать друг друга: Пресняков напевает посреди фразы "девушка Прасковья, из Подмосковья", Кристовский тихонечко подхватывает - "засыпает синий Зурбагааан..."; выходит самоиронично; "Зурбаган" звучит следующим и он, конечно, прекрасен.

Когда Володя поет про маленькую Ассоль: Бегает, смешная, озорная, Ничего о парусе не зная, -

мне хочется встать и помахать рукой, мол, да, именно так.

Задорный мужик рядом со мной распахивает мобильник:

- Нет, ты блин представляешь? Вова Пресный на сцене! Где-где?! Везде!

Следующей выходит Жанна Агузарова, и красивая спутница задорного мужика озвучивает ее: "Привет, земляне!"

Агузарова вообще не здоровается и не прощается; она хотя бы по-человечески накрашена, можно узнать черты лица; у нее огромный ворох пергидрольных волос, который она то и дело поправляет, как колпак.

Она поет неизвестную володину песню, написанную специально для нее; очень невнятно, совершенно уморительно пританцовывая; на последних тактах просто бросает микрофон и уходит за сцену.

Спустя песню выходит Сережа Мазаев, чтобы спеть "Проститься", и все понимают, ради кого вообще все это было устроено.

Он подыгрывает себе на такой штуке, дудка с клавиатурой, не знаю, как называется; он делает из "Проститься" какой-то щемящий, мерцающий блюз; он очень красиво стареет, становится как-то рельефнее, выпуклее, мудрее; голос его, конечно, ворочает что-то совсем потайное внутри.

Последними выходят "Браво" и говорят:

- Мы решили спеть песню про стильный оранжевый плащ, -

и поют "Ты ушла", ту самую, которую macide назвала "про любовь в низах" - ты ушла в своем оранжевом плаще, ну ты даешь ваще, ну ты даешь ваще, блин.

Володя в отместку поет мою любимую бравовскую "Как жаль, но ты сегодня не со мной", и оказывается, что я знаю ее всю, от начала и до конца.

Вообще говоря, меня, конечно, нельзя сажать в зал и три часа подряд крупным планом показывать мне красивого талантливого мужчину с теплым, невозмутимым, чуть печальным взглядом и низким голосом; у меня все пробки вылетают внутри. У него же ведь еще цветочки на майке. И фигура, кстати, отличная, и руки рельефные. И он тихонько, ласково поет:

Уснули кошки, уснули собаки,
Уснули печальные шторы.
Уснули убийцы, уснули маньяки,
Уснули карманные воры.

Он сбивчиво рассказывает правила какой-то смс-игры, проводящейся в зале, "чего-то там надо отправить какие-то сообщения на особый номер типа, да, Сереж? И типа выиграете телефон", он в конце вышучивает выиграивших:

Девочка: Где же наш победитель игры "Поймай Уму"?

Володя: Ну все, он же поймал Уму. Он не выйдет теперь, он очень занят, наверное.

В него с трудом верится, такого невозмутимого; мне не хочется думать, что будет с ним через три года подобной всенародной популярности; я хочу, чтобы он оставался все так же мальчишески чист лицом и писал все такие же пронзительные тексты; он какой-то немыслимо уютный, сразу родной, я смотрю на экран и вижу, как мы куда-то идем, чего-то едим, засыпаем на диване перед телевизором; если б можно было бить себя по мыслям, как по губам за плохое слово, я, наверное, весь концерт соседям испортила остервенелым стуком.

Его, кажется, мало трогает вообще вся эта шумиха, все эти блестки и мыльные пузыри - "типа снег. Так хочется снега уже, да?" - в изобилии вырывающиеся из-под сцены, фанатские транспаранты, кепочки "I love Umaturman", смс-признания в любви на большом экране; он вот тут сочинил новых песен, и они ему, похоже, нравятся, он пробует их на языке, слушает себя в них, закрывая пальцем правое ухо; он поет с братом "Под крылом самолета о чем-то поет зеленое море тайги", и у Сережи обнаруживается неожиданно сильный и профессиональный голос; он любовно представляет всех музыкантов:

- Вот Сережа Чередниченко, человек с напряженным лицом, он наш звукорежиссер. Я никого не забыл?

Зал: Тебя!!!

Он: Меня? Меня Вова зовут. Да.

- он допевает новый альбом, снимает шляпу, ерошит волосы, поет на посошок "Проститься" и исчезает за сценой.

Мы выходим вчетвером и бурно обсуждаем увиденное; мама говорит:

- Надо же, такой естественный, не позволил себе за весь концерт ни одной фальшивой ноты.

Мы вернулись пару часов назад; я сижу и слушаю новый альбом.

Уматурман - лидер в производстве осенних саундреков для Верочки; от всей души поздравляем группу.

Сердце, понятно, разбито.
Tags: Уматурман
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • (без темы)

    сойди и погляди, непогрешим, на нас, не соблюдающих режим, неловких, не умеющих молиться, поумиляйся, что у нас за лица, когда мы грезим, что мы…

  • (без темы)

    грише п. начинаешь скулить, как пёс, безъязыкий нечеловек: там вокруг историю взрывом отшвыривает назад, а здесь ветер идёт сквозь лес, обдувая,…

  • колыбельная для ф.а.

    сыну десять дней сегодня засыпай, мой сын, и скорее плыви, плыви словно в маленькой джонке из золотой травы вдоль коричневой ганги в синий фонтан…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal

  • (без темы)

    сойди и погляди, непогрешим, на нас, не соблюдающих режим, неловких, не умеющих молиться, поумиляйся, что у нас за лица, когда мы грезим, что мы…

  • (без темы)

    грише п. начинаешь скулить, как пёс, безъязыкий нечеловек: там вокруг историю взрывом отшвыривает назад, а здесь ветер идёт сквозь лес, обдувая,…

  • колыбельная для ф.а.

    сыну десять дней сегодня засыпай, мой сын, и скорее плыви, плыви словно в маленькой джонке из золотой травы вдоль коричневой ганги в синий фонтан…