Вера Полозкова (mantrabox) wrote,
Вера Полозкова
mantrabox

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Я vs Толстой

…И убежденно так, воззванически – перегнувшись через кафедру, как заправский политический мозгоеб – «Для Толстого и писание книг, и шитье крестьянских сапог, все приносило наслаждение! И – неиссякаемая тяга к знаниям! Он в пятьдесят лет начал изучать древнееврейский, чтобы иметь возможность читать Библию в подлиннике. Я думаю, кто не читал Библию в подлиннике – тот не имеет права критиковать Толстого!»

И – поскольку восклицаний много, а думать не учили – «Вы думаете, что главным делом для Толстого была литература? Воспитание детей? Благотворительность? Нет!!! Одно у него было главное, заветное дело жизни – чтобы жизнь была… – тугая пауза, морщинистое замешательство лба, и – резкое падение с пафосных высот голой попой на асфальт – чтобы жизнь была… хорошей. Хорошей была жизнь…»

Хохоток по рядам. Маразм-шоу в прямом эфире.

И, найдя цитату, – «Чтобы жизнь была цельным, разумным, хорошим делом.
«Человек обязан быть счастлив, как обязан быть чистоплотным. – писал Толстой. – Быть несчастным, по моему убеждению, так же неприлично, как быть неряшливым» И писал в письме своему другу - еcли ты не можешь сделать свою жизнь cчастливой, не терзай себя и других - покинь эту бренную землю".

И – виртуозные переходы, просто мастерские: «Я думаю, если бы Толстой дожил до наших дней, он бы ни за что не смотрел телевизор! Потому что наш министр культуры – а он антикультуры министр! – что, что он делает в своей позорной программе! «Петр I разрушил Россию» - это такая тема у него! Чтобы, значит, интересненько было! Ведь скажешь – он армию создал, флот – неинтересно. А так – привлекает внимание! А спортивные программы я вообще только без звука смотрю! Что они говорят! «Численное большинство» - это разве по-русски? «Преимущество» либо просто «большинство»! А они! ВероисповедАнье! Кто их учил?»

Ну и, конечно, россыпи бриллиантов на манер: «Вы думаете, Толстой мог бы жить ради того, чтобы купить лишний Мерседес? Он о людях думал, о людях!»; «Цель жизни – радость. Поэтому все позитивные герои у Толстого – счастливы. Главное художественное произведение каждого человека – радостная жизнь. И цель литературы для него была – «рассказать о том, что сделало твою жизнь радостной»! Вот!»

Ну, тут уже просто овации. И Пьер, значит, свет Безухов, и Болконский, и Вронский, и красавица Каренина – все, значит, жизнерадостные растафари этакие, с несходящими просветленными улыбками. А под рельсы они, значит, - от усталости лицевых мышц.

Единственный лектор за все мое безмятежное журфакерство, по отношению к которому нечеловеческим усилием воли подавляешь вожделенность впахать в табло с ноги. Ибо то, с каким восхитительным узколобием и жириновствующей ограниченностью этот человек говорит: «Алексий II лечится в ЦКБ? Как ему не стыдно такое в прессу пускать! У него же там чудотворные иконы – почему он ими не лечится?!!» или нагорно-проповеднически, с нескрываемым состраданием к нам, детям-дебилам с наследственностью родителей-наркоманов, провозглашает: «Но! Запомните: одни герои – у одних писателей, а другие – у других!!!» или, театрально зачитывая, кажется, тютчевское: «Кто живет без печали и гнева…» - раздраженно отмахивается: «Тот… В общем, вообще никуда не годится такой человек!»

Послевкусие лекций – как после магазинной склочной старухи – «Напялила на себя! Живот весь наружу выставила! Вот я б матери твоей-то глаза-то протерла!!!» Гаденько так и кипливо внутри – отбрила бы жестко, да ведь что возьмешь с глупых старух, сварливо прокудахтавших всю свое никчемную жизнь.

И здесь – по-среднешкольному строит фразы, неинтеллигентен, не рефлексирующ, воинствующе невежествен – и поставила бы на место, да он открестится – это не моя точка зрения, это точка зрения Толстого, какая Вам разница, что я думаю? И – стыдно; глупость – как грязь: попробуешь пробиться сквозь нее – и рук не отмоешь.

Но сегодня им меня пробрало-таки. Им и Львом Николаичем-батюшкой.
Я, значит, нечистоплотна и асоциальна, коли смею чувствовать боль. Я, значит, бездарность, коли несчастна и так погано пишу свое главное произведение, именуемое жизнь. Мне, выходит, пора покинуть этот бренный мир, раз я ничего не могу с этим поделать. По-нацистски так – улыбайся, сука, а то мы решим, что ты недовольна режимом и расстреляем тебя. А то, что все время думать и быть при этом счастливой – это так же совместимо, как жирное молоко и четыре соленых огурца к нему – это было, видимо, отнюдь не аксиомой для Льва Николаича. И он был большой оптимист при том, что весь мир заставлял мучительно размышлять над своими книгами. Вы поплачьте – а я порадуюсь. Оптимист-садюга; лупит плеткой – и смеется, получая искреннее наслаждение; какой у нас, однако, все-таки мазохиствующий народ.

Причем ладно бы Толстой – точно так же поучает мама, и only_you, и кто только не. Улыбайся, дура, – дальше будет только хуже.

А мне плохо, правда. И, черт подери, я имею на это полное право, ибо – извольте выслушать весь список причин.

Впрочем, Лев Николаич, Вам не было бы так весело, если бы Вы послушали, что о Вас говорят на лекциях. Честное слово. Пусть хоть это подбросит ложку дегтя в Вашу садистскую безмятежность ;)
Subscribe

  • (no subject)

    сойди и погляди, непогрешим, на нас, не соблюдающих режим, неловких, не умеющих молиться, поумиляйся, что у нас за лица, когда мы грезим, что мы…

  • (no subject)

    грише п. начинаешь скулить, как пёс, безъязыкий нечеловек: там вокруг историю взрывом отшвыривает назад, а здесь ветер идёт сквозь лес, обдувая,…

  • колыбельная для ф.а.

    сыну десять дней сегодня засыпай, мой сын, и скорее плыви, плыви словно в маленькой джонке из золотой травы вдоль коричневой ганги в синий фонтан…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments

  • (no subject)

    сойди и погляди, непогрешим, на нас, не соблюдающих режим, неловких, не умеющих молиться, поумиляйся, что у нас за лица, когда мы грезим, что мы…

  • (no subject)

    грише п. начинаешь скулить, как пёс, безъязыкий нечеловек: там вокруг историю взрывом отшвыривает назад, а здесь ветер идёт сквозь лес, обдувая,…

  • колыбельная для ф.а.

    сыну десять дней сегодня засыпай, мой сын, и скорее плыви, плыви словно в маленькой джонке из золотой травы вдоль коричневой ганги в синий фонтан…