Вера Полозкова (mantrabox) wrote,
Вера Полозкова
mantrabox

Categories:
Так расстроилась, что позвонила Рыжей.

- Здравствуй, мой хороший.

- Эмбер умерла.

- Что ты говоришь, Врун?

- Эмбер умерла.

- Умерла, да.

- Как-то неожиданно, Рыж.

- Сама удивилась.

Не то чтобы мне было жаль ее, или Уилсона, или Тринадцать, у которой Хантингтон; все умрут, и все как-нибудь бесславно, и Эмбер еще крупно повезло с рыдающим над нею Уилсоном - замечательный мужик, и любит, и страдает, и вы еще не успели проесть друг другу мозг до кишок - крупно, повторяю, повезло; надо мною будут рыдать исключительно те, до кого мне нет никакого дела, это всегда обиднее всего.

Удручает то, что пока кто-нибудь не начинает всерьез помирать, ты не замечаешь, сколько у него, например, совершенно умопомрачительных мимических нюансов, сорок четыре способа ухмыльнуться, все означают разное; какая у него сонная, сытая, благополучная красота, например, или наоборот, какая нервная, истерическая, болезненная; Эмбер лежит на аппарате, и только тут ты видишь, какие у нее и вправду роскошные ноги, длинные, с узкими лодыжками, цвета топленого молока - хотя они все в ссадинах, пропороты поручнем автобуса и больше Эмбер никогда не пригодятся; если общо, меня удручает то, что человеком можно сильно впечатлиться и начать очень дорожить либо полюбив, либо потеряв его навсегда, isn't it ironic, сказала бы Мориссетт; нет никакого более эффективного способа запомниться людям, чем сдохнуть в муках в расцвете лет или при каких-нибудь особенно трагических обстоятельствах; если ты ничего не представлял из себя, это сделает тебе всю биографию, если представлял - это увенчает ее десертной вишенкой; сразу все твои слова вплоть до элементарного "хреновое нынче времечко" прибавят в весе, как молочные поросята, станут дороже стоить и бойчее распродаваться; сразу все твои грехи и глупости спишутся или преисполнятся особого умиленного света; все по-настоящему важные поступки раздуют, завяжут ниточкой и запустят на огромную высоту, чтобы, значит, они Подавали Другим Пример.

Эмбер была стерва стервой, а я теперь буду по ней скучать; вот это меня забавляет больше всего.

Что до меня, то я вернулась из Красноярска, где занималась в основном тем, что болела, смотрела Муз ТВ в гостинице, фотографировала вывески на телефон и поедала драники в гостиничном кафе - преотменные, к слову; мы сыграли хороший спектакль, жаль, что это счастливое чувство работает только один вечер после спектакля непосредственно; теперь сижу дома в обнимку с ноутбуком, печеньем "Миндальное" и собственной отчаянной социофобией и дожидаюсь Парижа - он наступит в конце недели; шучу по телефону в духе "очень достали перелеты. посижу-ка дома. дней пять".

Чтобы запомниться людям и что-то собой Знаменовать, придется сдохнуть в тридцать от - даже не знаю, - острого отвращения к людям, ко всем, кроме Рыжей, - и я пока не знаю, как отношусь к этой перспективе; успеть Не Все, но что-нибудь обязательно крутое и в разных сферах, уже, в общем, складывается, тьфу-тьфу; оставить один какой-нибудь гениальный текст, будет работать манифестом и всем навязнет в зубах еще в школе; и какая-нибудь непременная безумная любовная история, чтобы журналу Биография было у кого брать слезоточивые интервью; скорее всего это будет Кукарин, он фактурный мужик, красочно пиздит, много пьет и можно будет сказать, что - от горя; наделаем с ним много красивых фотосессий, чтобы потом можно было не заморачиваться с архивами; а о том, что мы встречались всего месяц в мои двадцать, а потом всю жизнь верстали вместе книжки, ругались матом, мыли кости моим мужикам и его женам, гоняли моего свихнувшегося кота по квартире и испытывали друг ко другу здоровую ненависть двоих выживших на необитаемом острове - будут знать только близкие друзья, и никому нас, естественно, не сдадут.
Tags: Змей
Subscribe

  • (no subject)

    сойди и погляди, непогрешим, на нас, не соблюдающих режим, неловких, не умеющих молиться, поумиляйся, что у нас за лица, когда мы грезим, что мы…

  • (no subject)

    грише п. начинаешь скулить, как пёс, безъязыкий нечеловек: там вокруг историю взрывом отшвыривает назад, а здесь ветер идёт сквозь лес, обдувая,…

  • колыбельная для ф.а.

    сыну десять дней сегодня засыпай, мой сын, и скорее плыви, плыви словно в маленькой джонке из золотой травы вдоль коричневой ганги в синий фонтан…

Comments for this post were disabled by the author