Category: знаменитости

Вечно молодым, вечно пьяным


(c) Катя swep


Ладно, страх смерти худо-бедно преодолён - здорово помогают в этом пару месяцев в Индии, последний фильм Гаспара Ноэ и великая книга Дэвида Иглмена (на русский ее перевела Шаши Мартынова, она же придумала сделать ее аудиоверсию, в записи которой поучаствовали очень многие мои друзья: Саша Гаврилов, Миша Калужский, Лена Грачева, Дима Ермилов, Миша Штерн и другие, и получилась настоящая опера о смерти и всех тайных преимуществах перед жизнью).

Что до страха старости, то он какой-то животный, неистребимый и истошный; ничего его не берёт - ни живые концерты семидесятилетных рокеров, ни фильмы про пятидесятилетних блистающих дурочек на высоких каблуках, с абсолютно подростковыми проблемами, ни "Дориан Грей", из которого ясно, что вечная молодость - испытание похуже бессмертия: безнаказанность, изгойство и неприкаянность; сорок тысяч раз повтори себе, что у тебя неплохая наследственность, что пластическая хирургия и биотехнологии за пятнадцать лет, через которые ты начнёшь полистывать соответствующие каталоги, уйдёт так далеко вперёд, что никто и заметить не успеет никаких кардинальных изменений, что старость, которой ты так боишься, - не в морщинах, не в немощи, не в плохих зубах и слабом зрении, а в ханжестве, зашоренности, нытье, паранойе, боязни малейших перемен, менторстве и всём том гремучем старпёрстве, которого ты уж точно никогда себе не позволишь, поскольку просто родилась в другое время и при других обстоятельствах росла; ты была себе панк, кидалт и разгильдяй и пребудешь панк и разгильдяй до восьмидесяти лет, люди не меняются, посмотри на Вивьен Вествуд, Клинта Иствуда или Вуди Аллена, разве старость сделала их неприятными людьми? Отобрала талант? Заставила гундеть и жаловаться? Старость ведь не включается в одну минуту, как сигнализация в магазине, не настигает, как возмездие, не обнуляет тебя, делая из весёлого улыбчивого парня гадким сварливым старикашкой - ты будешь таким же, эй, просто лицо твое сильно подпортит полувековое воздействие гравитации и наощупь ты будешь, как бумага в индийских блокнотах, сухой и шероховатый; аааа, и вот тут всё равно паника; паника; паника.

Через пару лет, хочется верить, меня отпустит; мужчины старше тридцати пяти перестанут, наконец, восприниматься мною как старшие товарищи, лет на семь уже пережившие собственную сексуальность, я отвыкну в мертвенном освещении вагона метро высматривать на себе в отражении под надписью "не прислоняться" первые признаки распада: ага, вот оно, под глазами, от носа к углу губ, добро пожаловать; пока я мучительно переживаю факт, что все перестали говорить мне "откуда вы это знаете в вашем возрасте", потому что мне вообще-то давно уже положено; что Леди Гага младше меня на две недели и зарабатывает безумные миллионы; что у мальчиков, которые нравятся мне, стало страшно спрашивать про возраст - выяснится, что двадцать, что ты ответишь? Ничего; ты бросишься напуствовать, умиляться, да еще и угостишь выпивкой: у тебя включится материнский инстинкт. Лучше не спрашивай; лучше не подходи.


jon kortajarena. ему 25, так что все в порядке.
зима

And we'll keep on fighting - till the end

Перегородка в ритуальном зале крематория задраивается под We Are The Champions Фредди Меркьюри, и вот тут, конечно, начинают рыдать даже самые суровые мужики, всех до этого утешавшие и призывавшие держаться.

Это трудное зрелище - люди, составлявшие всю целиком твою картину мира еще несколько лет назад, стоят на пронизывающем ледяном ветру у машин, утыкаются друг другу носами в плечи, стучат зубами и негромко задают куда-то в воздух в меру риторические вопросы - что делать теперь и как дальше; а ты тут чужой абсолютно, но почему-то еще и - наказанный; тебя он оставил на четыре года раньше остальных.

Стены в Квартире 44 снизу доверху увешаны Львовичем хохочущим, Львовичем флиртующим, Львовичем фотографирующим, Львовичем, рубящимся в покер и в мафию; жизнелюбие Львовича самого Львовича превосходило на порядок, и все его друзья не помещаются в одном зале; я уже ничего не скажу ему больше, разве что -

Vero4ka 04.11.2005 1:16 Ну, у нас с тобой четко разделенные амплуа.

Менипп 04.11.2005 1:17 мама заходит сказать спокойно ночи.
я раздраженно бурчу, что мне ничего не надо и
вообще я "отвратительный мерзавец", мама нежно:
- ты милый мерзавец, милый...

Vero4ka 04.11.2005 1:17 Мама как всегда права. ;)

Менипп 04.11.2005 1:17 про амплуа все жду ответа

Vero4ka 04.11.2005 1:19 Ну, я смотрю мультики. кушаю сладкое, веду себя
несдержанно, ношу полосатые носки до колен с
пальцами, едва бантики вот только не ношу; а ты
слушаешь Майкла Олдфилда, ходишь на концерты Фила
Коллинза и читаешь умные книжки; как-никак, у
тебя возраст уже, Львович.

Менипп 04.11.2005 1:21 да, ты права, у нас они разные:
ты играешь на моих нервах, ты озаряешь мои ночи
незабываемыми телефонными разговорами, ты
хохочешь так, как я когда-то в молодости, ты
читаешь мне стихи, ты второй человек в жизни,
читающий мне стихи, ты читаешь мне смешные
рассказы и заражаешь меня своей энергией.
да, а я стар, супер стар.
местами снисходителен, терпелив всегда, и много,
прости, Господи, мудр.
ну да.

Менипп 04.11.2005 1:21 а еще я выдерживаю рекордное количество стеба на
квадратную минуту времени от тебя, Верочка :-))

Менипп 04.11.2005 1:21 и ведь выдерживаю

Vero4ka 04.11.2005 1:23 ;)))

Мы закаляем друг друга, как сталь. ;)






Господи, как же я буду скучать.

(no subject)

В какой-то момент следует признаться себе: все лучшее, что довелось тебе написать, заключается в паре сотен смс, пяти десятках язвительных icq-логов и тридцати письмах, написанных разным людям по разным поводам да так и не отправленных - в трех случаях из пяти.

Сдохни, лучше не сможешь; смс маме из Дели, о том, как Амит Ганди сидит на траве у парковки фешенебельного ночного клуба и поет Twinkle Twinkle Little Star или о том, как Олег Скрипка рассказывает за ужином, как пел давеча для пьяненького Дэниела Крейга и Мика Джаггера; смс "Мы исчезающий вид, Анна, ночные пятнистые самоеды-распиздяи. Нас выедают упругие организованные хищники. Но! У них нет души. А мы состоим из души, душа заменяет нам все, в том числе печень, совесть и принципы"; смс младшему Кристовскому о том, как славно ехать на втором этаже туристического автобуса мимо Трокадеро и слушать припев его песни "Париж" на таком французском, что Пьер Ришар, когда ему это спели, спросил "славно, а что за язык?"; смс Сереже Гаврилову "А сегодня, Сережа, мы спим в пустыне, в палатке, при свете, стало быть, ночничка; ярмарка в городе Пушкаре, Сережа, разрисованные верблюды, запряженные в повозки, женщины в грязных занавесках, несущие камни на головах - в общем, middle of nowhere, Сережа, мы видели настоящих индийских dirty whores на перегоне Джайпур-Пушкар, а до этого Тадж Махал, мы думаем о тебе, любимый, правда, вспоминай нас в своих утренних чертыханиях"; или "Видела только что женщину, стрелявшую с барной стойки пинг-понговыми шариками по посетителям, - своей, как бы это сказать, пещерой наслаждения, - двух совокупляющихся тайцев в баре для геев и одного обдолбанного слоненка с расстояния вытянутой руки - надеюсь, ты там себя тоже бережешь от потрясений. Спокойной ночи"; длинная исповедь вдогонку человеку в другой стране, который ушел уже с работы, оставив окошко мессенджера открытым, и бежит по хрусткому снегу домой - ты пишешь ему, что знаешь, в какой он шапке, и какая тонкая подошва у его кедов, и как дорого бы дала, чтобы ничего не помнить об этом; письмо, начинающееся фразой "Мальчик мой, никогда не брей ног, когда пьян - я вот порезалась и теперь хожу в пластыре, как идиот"; ответ Орлуше на "Москву собой накрыло лето, асфальт под солнцем тупо млеет; вопрос: поэт влюблен в поэта; размер значение имеет?" - "Размер значенья не имеет для звезд подобного калибра: они и без него умеют, от одностишья до верлибра"; весь вот этот святой искристый гон, прямые включения из каждого угла раскинувшейся внутри Страны Оз, обступившего снаружи Марса, которые ничего тебе не стоят, никакой сверхзадачи не заключают, только жгучую потребность дотянуться и осалить своим счастьем или изумлением; поэтому как только ты пытаешься выпечь из всего этого свежий, душистый, с румяной горбушкой рассказ, он начинает плесневеть сразу под пальцами - ложь, ложь.

Я сравнялась по результативности с садовым гномом; шутки про безнадежных больше меня не смешат; весь блокнот исчеркан обрывками фраз и четырьмя вариантами рифмы к одному слову в столбик, но собрать из этого что-нибудь, похожее на текст - чтобы мерцал, тек и разговаривал моим голосом - удается черта с два; получается то дорожный указатель, то пошаговая инструкция к киндер-сюрпризу, то пост в жж.

По-быстрому - ММКФ

Руби зазвал на открытие Тридцатого Московского Международного; наблюдала Уилла Смита и Шарлиз Терон сегодня с расстояния метров четырех.

Уилли красавец, Шарлиз, разумеется, чуть старше, чем привычно думать, но так всегда; она высоченная, она бегала в леденящем душу розовом с каким-то вшитым боа, хихикала, обнималась с Уиллом, с кем-то, с Никитой Михалковым; они выучили пару фраз по-русски для открытия, говорили медленно, переводя дух между слогами "Прьивет, Москва. Минья зовут Уилл Смит. Я рад пред ставит вум свой новый филм "Хэнкок".

Что больше всего смешит - они значительно милее и проще всего русского истеблишмента, вместе взятого; сегодня мимо меня в изобилии ходили всяческие Редниковы, Розановы, Литвиновы, Порошины, Машковы, Михалковы-младшие, все-все-все; так вот те, чьих фамилий не помнишь, только лица узнаешь - репортеров и друг друга даже улыбкой не удостаивают, ладно часами улыбаться камерам и здороваться, как Уилли, со всеми за руку или ударом в плечо. Был еще старина Эмир Кустурица и Такеши Китано; Китано вручили приз за вклад в мировой кинематограф, он сообщил собравшимся, что он человек маленький и ему предстоит еще все это отработать; мы сидели с Руби и страшно им гордились. На afterparty Кустурица играл с No Smoking Orchestra и жег, по обыкновению, так, что чопорные тети в платьях отплясывали что твой ансамбль Игоря Моисеева; вообще же с ними скучно, так скучно, что сводит зубы. Елена Кондулайнен в мальвиньих букольках и маленьком белом корсетике, все еще играющая в порок и секс, хотя давно пора рекламировать пенсионные фонды; толстые бизнесмены в очочках, их вечно скучающие спутницы; как сказал Рубен, из всего собравшегося здесь силикона можно построить армию.

Кто меня радует, так это Рубен; когда несколько раз созваниваешься со словами "где ты? я вот иду по правой стороне...", "я вот заворачиваю с Тверской" - я люблю играть со старыми друзьями в "как я вас узнаю?"

- Рубен, я высокая, темноволосая, на мне красная майка...

- Вера, я вынужден Вас разочаровать, я некоторым образом хачик.

- О, как интересно, в вашей визитке это не указано...

Ему не все равно, моему другу Рубену; приятно, когда некоторым из твоих старинных приятелей все еще есть до тебя дело; у большинства из них на мой счет такие немыслимые искажения, что там даже доказывать что-то бесполезно.

Тут сначала с Крис гуляли по набережным до восьми утра, потом N. по городу катал на ста шестидесяти - думала, умру от страха, - тоже часов до пяти - в общем, раньше шести я не ложусь теперь, и хорошо, город летом по ночам - самый пустой, изумительный и личный, из него никуда не хочется, разве что немного в Одессу, но в Одессу хочется всегда.

Столько происходит внутри всего, энергоемкого, важного, всепоглощающего, как строительство; позавчера так много выяснила о том, как это у настоящих, нативных красавиц, вчера так много поняла о детях, так много узнала о бывших, сегодня так много открылось о славе и людях с красных ковровых дорожек; все опять расступается передо мной и говорит - вот, смотри, сколько ты всего можешь, что же ты ничего не хочешь?

М?..

(no subject)


  • Бузин заглядывает через плечо в мою френдленту и видит фотографию. На фотографии трое.

    - Кто это? - спрашивает Бузин.

    - Это главный редактор журнала OK, - отвечаю.

    - А это?

    - Это Филипп Киркоров.

    - А это?

    - Это Ани Лорак, украинская певица.

    Бузин недоверчиво сощуривается.

    - Она настоящая?



  • Решаю задать Рыжей вопрос, который давно меня интересует. Мы собираемся смотреть "Кунг-фу Панду", которая, как и любое кино про крупногабаритных решительных идиотов, оказывается про меня.

    - Рыжик, а здорово жить с маленькой попой? Или неудобно?

    Рыж, молниеносно: Неудобно. На двух стульях усидеть - абсолютно невозможно.

    Приходит Сережа, мы делимся с ним наблюдением. Сережа смеется.

    - Да, есть свои минусы.

    Рыж, мстительно: Некоторым совершенно неизвестные.



  • Договорились, что приеду домой до двух ночи. Без десяти час от мамы приходит смс.

    "Мама ждет!"



  • - Можешь себе представить, дожила. Приснилось, что я отдаюсь Герману Грефу. Грефу, Вера!..

    - Рыжик, это уныние уже. Это был смертный Греф.

    - Один из семи смертных грефов.

2MORROW

28.40 КБ

Сегодня третий день кинофестиваля, а я вообще ничего не успеваю записать. (Читайте вот лучше Темкина, он подробен и исчерпывающ, и у нас совпадают вкусы). Утром я смотрю кино, днем я смотрю кино, вечером я смотрю кино, а еще на кинокритикесс с красными ртами, креветочьи хвосты, выложенные кружком на блюде, собственных однокурсниц с бэйджами "пресса", Артемия Кивовича в круглых желтых очках, Петра Мамонова, дающего на открытии феста самого что ни на есть Майкла Джексона; не показали еще ни одного откровенно плохого фильма, зато показали много честных - 2morrow фестиваль молодого независимого кино - то есть кино, не зависимого от обязательных хеппи-эндов, рамок нормативной лексики и кассовых сборов; я смотрю фильмы, которых больше нигде не увижу, на языке оригинала, с субтитрами, и поэтому знаю, например, что "до свидания" по-румынски будет "лариведере", а диалог между Стивом Бушеми и Сиенной Миллер в фильме "Интервью" звучит следующим образом:

Стив: I don't fuck celebrities.

Сиенна: I don't fuck nobodies.

- а еще после показа можно спросить у непосредственных его создателей, умерла ли бабушка или заснула, профессиональные ли актеры - нет, непрофессиональные, главную роль играет солист сатанистской группы, и поэтому так убедителен; знаете, такого ликования от чувства причастности к чему-то замечательному у меня не было очень давно.

Я поеду, в час первый конкурсный показ. В пятницу было западноевропейское изобразительное искусство и Стив Бушеми, вчера - уютные и нет восточноевропейские драмы, сегодня будут японские мультики, кажется.

Обещаю, что раскрою тему.
  • Current Mood
    ecstatic ecstatic

(no subject)

Отлично, кажется, потусили вчера в Строгино-бэй на дне рождения Кости Инина.

Это всегда любопытство и легкая паника: старые друзья с их новыми девочками, старые подруги с их новыми внезапными детьми; старые предъявы в свежих аранжировках; ничего не меняется; меняется все.

Приняли за взрослую тетю: у Кости Инина красавец племянник, такой, а-ля Орландо Блум, щетинист, нагл, разговаривает с хрипотцой и пьет со мной водку на брудершафт, а потом вдруг уходит и сидит мрачный на берегу, и я говорю:

- Сколько тебе лет?

- Восемнадцать будет в июле.

- О Господи.

- У тебя, наверное, полно таких, как я.

- (умиленно) Дееетка.

Кэти приехала из Европы, Чернова приехала немножко не одна, Маза приехал в драных джинсах; так не поглядишь на них год-другой, встретишь и думаешь - вот же ведь, а. Какие красивые были у меня друзья. Какая киногеничная была у меня компания.

По сорок раз успели все друг друга перелюбить, перепроклясть, перезабывать, перелюбить заново - а теперь нет, смотри, ходят по травке, улыбаются друг другу почти ласково, грызут подпаленный шашлычок.

Костя, спасибо тебе, и с Днем Рождения.

К кому еще приезжать всем вместе, если не к тебе.
  • Current Mood
    nostalgic nostalgic