Category: спорт

(no subject)

Гастроли - это такая сессия, в процессе которой каждый из вас шестерых сдает какой-то свой экзамен; месяц готовиться и пару ночей не спать, чтобы добраться, сложить перед выходом двенадцать ладоней одна поверх другой, выкрикнуть что-то, что заговорило бы местных духов (в Питере, скажем, "Зенит - чемпион", в Киеве - "Героям слава"), выйти и полтора часа смочь быть самым собранным, самым цельным, самым четким и самым, при этом, спокойным; как в йоге: чтобы сделать что-то, кажущееся тебе особенно невыполнимым, надо просто в решительную минуту максимально расслабиться и начать ровно дышать.

Мы сыграли три первых концерта и узнали о себе много интересного; скажем, кто из нас Гаечка, кто Рокфор, кто Вжик (я - Чип); кто играет, потому что хочет быть нужен и любим, а кто, наоборот, прячется и неосознанно выходит из света на сцене; какие у кого "счастливые" концертные кеды и футболки; кто не умеет пить, кто делает это блистательно, кто больше не может; а главное - что все победы не могут быть ничем иным, кроме результата большого труда.

(c) annaklishina, спасибо!

Posted via LiveJournal app for iPad.

(no subject)

Сегодня утром, с десяти до одиннадцати, мы с Кукариным и Тимсоном в "Завтраке чемпионов" Алекса Дубаса на "Серебряном Дожде".
в руинах

Три, четыре, Куба рядом

Двенадцатый раз в Киеве за два года; если считать в раундах, то этот был последним, и я на третьей минуте полетела под канаты, выдувая кровавые сопли; это Киселев умеет роскошно показывать: вот он сидит, мокрый, в полотенце, мотает башкой, тренер мажет ему брови охлаждающей мазью, дает ему воды; он вправляет капу указательным пальцем под нёбо, выходит на ринг, пытается устоять под градом ударов с минуту, потом как-то неловко поднимает локти, резко получает в селезёнку, теряется, через пару ударов получает в селезёнку снова, и тут же в нос, падает на мат, в рапиде, рассыпая брызги, башка его трижды ударяется в пружинящее покрытие, как мяч, судья считает до десяти, идет к противнику и задирает ему руку; стадион ревёт.

Это, собственно, единственное место, где я слаб, уязвим и жив; я езжу туда глотнуть холодного наэлектризованного воздуха, пообедать в "Антресоли" на бульваре Шевченко с тремя своими рыжими подругами, поглазеть на биллборды с разнообразными кандидатами в президенты ( "Тилькы Лытвыну можна довирыты краину!", "Йду на вiйну з корупцiєю. Арсений") и на стены, исписанные "Не вiримо!", поговорить с таксистами о том, что "в аэропортах не успевают подкатывать трапы к бортам - все куда-то торопятся, не понимая, что они уже там"; посмотреть в невыносимые эти глаза, или в ладони, потому что в глаза не можешь, ревёшь, ревёшь три дня, сначала негодовала, что забыла целый тубус косметики, теперь даже рада, а то ходила бы, как крошка-енот после грозы; пройтись по стылой Оболонской набережной туда и обратно, или там, где Стрiлецька, Проризна или Велика Житомирська, посидеть в Шаленой Маме ровно за тем же столом, где вы позапрошлой зимой попробовали первый раз поговорить без колкостей и даже, кажется, посидеть в обнимку; обойти все места, где был так счастлив летом, и так потерян теперь; сходить на премьеру самого пиздоватого фильма Киры Муратовой (пиздоватый - киевское словцо, еще "морозиться" - игнорировать, прятаться) - того самого фильма, что вы счастливейшим образом проспали в Одессе полгода назад, ты заехала переодеться и упала, а он не стал тебя будить, и Тата писала с сеанса: "Я хочу порезать экран" - пойти туда, чтобы девочки показали общественности свежесшитые платья, и Маша вынимала потом из лифчика поролоновой снег, которого насыпали ей в бокал, сапоги и волосы; чтобы Кудиненко приехала в трех разных - неизменно зеленых - платьях, чтобы приходила, обернувшись одеялом, жалеть тебя, плачущую, в ночи, гладить тебя по спине и повторять "ну всё, всё", чтобы Тата позвонила передать от мамы, что любовь - это как колок на гитаре, заставляет быть натянутым так туго, чтобы звучать и - быть готовым лопнуть каждую минуту; Кисляков роняет веско, что "мудак" в переводе с санскрита означает "человек, уверенно идущий неправильным путём", Тата добавляет, что с иврита "мудак" переводится как "беспокойный"; "станцiя Хрещатик, перехiд на станцiю "Майдан Незалежностi"; все труднее придумывать официальный повод, все призрачнее конечная цель, но, строго говоря, да - увидеть, как бы ты жил, если бы смог дать взятку админу в небесной канцелярии, и все вышло бы, как ты просил; этот город, этот человек, я старался весь год, мне страшно нравится вся эта топонимика - "вулиця Ванды Василевськой", "проспект Визволителів" ("вызволытэлив" - освободителей), площа Перемоги ("пэрэмогы" - победы), я знаю всех участников "Фабрики зiрок - 3" по именам, оставь меня здесь, я устал надеяться и страшно боюсь потерять надежду, -

В пятницу вечером позвонила Полина и сказала, что в понедельник есть возможность улететь на Кубу до 16. Что решать надо быстро, и возвращаться домой. Я погоревал полчаса - Буса звал в театр в воскресенье - написал смс в Пермь, встретился, чтобы отдать книгу, сфотографировать спину, попросить прощения - сел в поезд, проехал любимое место над Днепром, где летом ложились самые розовые, самые горькие отъездные закаты, и наутро был уже в Москве.

Самолёт завтра утром. Сантьяго-де-Куба, Гавана, Варадеро. Я стараюсь чаще напевать "Гуантанамеру", чтобы обрадоваться, но пока внутри ничего не отдается. Тебя сложили под канаты, раунд окончен нокаутом, и ты жалок, - но выяснилось, что выиграл по очкам. Что тебе делать? Улыбайся разбитой рожей, чемпион. "И тогда мы покажем им всем, Фидель".

minnie mouse (c) astashka

ОАХ

Полдня умирала от волнения, но это, как всегда, стоило того.

Друзья мои, мы с вами сыграли насыщенный, эмоциональный, роскошный спектакль. О том, что друзья - это бесплатные единомышленники, о том, что спортивное обаяние - это соревнования без проигравших, о том, что Калужский картавит, о том, как трудно отбивать барабанную дробь на стене, о том, как важно уметь признавать поражения и искренне приветствовать победителя, о том, как хочется получить Каннскую Пальмовую ветвь и посвятить ее, помимо прочего, четырем бывшим мужьям - в общем, если бы даже это не было чистой импровизацией - никто из нас не придумал бы лучше.

Из всех мыслей, скажу я вам, с этой приятнее всего засыпать.
Eduardo

(no subject)

Было роскошно вчера.

Поэтому сегодня мы решили устроить квартирничек для тех, кто не попал )

Метро "Дворец Спорта", бульвар Леси Украинки, 3, 19.00, 30 грн.

Дайте сигарету

Есть смысл досмотреть до конца.



Это были очень смешные съемки - учитывая, что мы впервые в жизни виделись, не считая одного автографа три года назад; то, что мое красное платье и ободок идут Кристовскому-младшему больше, чем мне, было ударом, зато когда-нибудь я продам их дорого.

- Смотри, ты у нас за культуру. Будешь танцевать на столе.

- Нет, не буду. Хочу быть сурдопереводчицей морскою.

Переодеть нас друг другом решила Володина жена Лера; перед каждым дублем Вова кокетливо приспускал лямку платья с рельефного татуированного плеча, снять что-нибудь можно было только тогда, когда никто уже не мог смеяться физически, а времени не было совсем, этим же вечером Вова и Лера улетали в Пекин поддерживать на Олимпиаде доблестную российскую сборную.

Володя может позвонить и поинтересоваться:

- Привет. Можешь говорить?

- Могу.

- Вот и поговори.

Или.

- Володя, как прошли твои гастроли?

- Нормально. Теперь похмелье.

Его узнают все - официантки, охранники, таксисты:

- Что-то у вас лицо знакомое.

- Мне многие говорят.

- К группе Уматурман не имеете отношения?

- Гитары им таскал пару раз.

Мои самые сладкие сорок секунд славы настигли меня однажды в клубе Б2, где мы пили текилу с Вовой и его другом; от темноты отделяется девушка, красивая, в строгой юбке, идет к нам, и я про себя вздыхаю, что вот, опять, сейчас попросит с Володей сфотографироваться, ну, ну, говорите, "ой, а вы ведь..."

- Вера?

Ого.

- Здраствуйте.

- Я вас давно высматриваю, думаю, вы или не вы. Хотела сказать вам спасибо за то, что вы делаете.

- Ух ты. Вам спасибо. Приятно очень.

- Можно вам руку пожать?

И пожимает руку. И уходит.

Кристовский поворачивается ко мне, смотрит секунды две и медленно произносит:

- Да ты у нас звезда.

- А ты у всех.

(no subject)

Слушали Таню Зыкину в Запаснике. Очень крутая. "Олимпийского" ей.

  • Current Music
    Таня Зыкина - По дороге до логова
крышеснос (с) 4uzhaya

Twins

Витя Перестукин, 27, футбольный болельщик, Москва.



Аарон Экхарт, 40, актер, исполнитель роли Харви Дента в фильме "Темный рыцарь", Калифорния



Через тринадцать лет ты все еще будешь ничего.

Если, конечно, будешь держать себя в форме.