Category: техника

"Полиглот" с Дмитрием Петровым

Сегодня в 20.40 на "Культуре" стартует проект "Полиглот" французский за 16 часов, в который позвали нас - Агнию Кузнецову, Колю Быстрова, Наташу Лесниковскую, Сергея Лукьяненко, Соню Карпунину, Ваню Жвакина и меня. Это счастливейшие были две недели моей жизни, Дима Петров потрясающий преподаватель, а поучить французский в такой компании - честь и радость.

Posted via LiveJournal app for iPhone.

Eduardo

Опыт vs память

Встретились вчера с Дзе и часа четыре проговорили о механизмах восприятия, свойствах памяти и о том, что время в некоторых случаях является универсальным капиталом и эквивалентом - очень многое из того, что не сводится ни к какому другому знаменателю, можно измерить только временем.

У Дзе синий большой палец, он ударил его дверцей машины, те же самые одушевленные брови, которыми он может пошутить, усомниться или расстроиться без помощи слов, он ужасно здорово смеется, и время в нашем случае сработало как расторопный работник сцены - она развернута на девяносто градусов, сменились все декорации до единой, другой свет, другое ощущение пропорций - а вам кажется, будто вы не сдвинулись с места.

Дзе показал мне отличную лекцию о том, что мы помним о счастье совсем не то, чем оно на самом деле является. Я писала об этом как-то, а тут целая научная теория.

(нижняя плашка, subtitles available in и выбрать russian)

Eduardo

Жить, как ни в чем ни бывало


(с) Костя Бузин

Это мы круто, конечно, придумали: вернулись в Москву освобождаться от зависимостей путем погружения в другие, куда более лютые.

Моя виза кончается только 19 апреля, и непонятно теперь, что ж это мне так не сиделось в лучшем из миров.

Успели со старшим братом триумфально накидаться на вручении литературной премии на журфаке - меня не было там с осени, Костяна лет пять, все родное и при этом совершенно незнакомое, пафос и лоск, перила белены, кабинеты сияющи, парты девственны, буфет какой-то почти театральный, девочек будто набирают сразу из модельных агентств, ботильоны, лосины, платья-мешки, ободочки, губы гузочкой, баснословные сумки; но прет, прет, прет, сразу ищешь листок с пересдачами, сразу хочется обниматься с преподами, на которых только и успевает меняться, что оправа очков; умудрились пять раз обойти этот город пустым и огнистым, от Новокузнецкой до Белорусской, от Пречистенки до хрен его знает куда; потрещать с потомственными художниками в пыльной шелушащейся мастерской, покурить в камин в старом особняке, посмотреть "Mary and Max", очень обескуражить маму, воссоединить кармическую семью и съесть по клубничному супу с моей реальной старшей сестрой, поздравить Шаши с днем рождения в "Додо" и сорок раз подряд послушать песню "Чай, чиллум, чапати", которую я вот ищу сейчас в ютьюбе и никак не могу найти.

***

Боба Горбунов: И один звонит сказать другому, что он разболелся, у него кашель и температура. И другой хочет сказать ему что-то типа "выпей отвар из трав!", а получается - "выпей отравы, тварь!"

***

Что останется тебе от Индии через две недели после возвращения? Тебе все еще будут велики все твои рубашки из мужских отделов, которые когда-то почти на тебе трещали; ты все еще будешь темнее друзей тонов на семь, беспечнее раз в сотню; но всемогущество твое у тебя отберут, конечно, как и невозмутимость, как и четкое осознание, как теперь жить и куда идти, которое там так ясно и недвусмысленно приходит, будто тебе просто оптику наконец на резкость навели, и ты разглядел, что на самом деле чем является. Твои любимые - с тобой, твои долги - с тобой, твои демоны - вот они; забираешь из проявки декабрьскую киевскую пленку, девочка показывает тебе на экране, что получилось, а там человек в кадре зажмуривает глаза и пытается закрыть ладонью объектив, или смеется, нерезкий до обидного, и сердце отскакивает пару раз куда-то тебе в горло, как теннисный мяч, который швыряют в стенку; и тут ты, конечно, куда более беспомощен и нуждаешься в одобрении, тепле и бухле, за которым ни к кому и не думал обращаться в Индии полтора месяца - потому что тут холодно, черт подери; и если там ты чужой, то здесь-то ты куда более никому не свой, забудь обольщаться на этот счет в следующий раз - тут вообще каждый только за себя, никто, знаешь, не бросится тебя спасать, как тогда на улице в Арамболе, когда ты случайно захлопнула сиденье скутера и закрыла внутри свою сумку с баблом, телефоном и ключами от скутера же - то есть, сиди теперь сверху и слушай, как внутри полупридушенно играет трубка, по которой звонит Рыжая спросить, как дела; четверо круглолицых коричневых индусов ковырялись своими ключами в замочной скважине под сиденьем, бабушки продавщицы с кольцами в носу подходили покачать головой и пожелать мне милости Шивы, русский чувак Денис тормознул знакомого, взял его байк, сгонял за механиком, потом за инструментами механика, который не смог вскрыть сиденье пальцами; потом мы сидели в шеке на пляже, ели равиоли с горячим сыром внутри, сощуривались на закат, говорили о Боге и том, что исключены любые случайности - а в ночи купили по лазерной указке и стали бесцеремонно вспарывать мягкое тело сумерек; луч зеленый, узкий и мощный, в нем пляшет микроскопическая пыль, его видно за много километров, и им можно звезду пощекотать какую-нибудь - даже, кажется, и вывернуть ее из неба ненароком, чтобы она упала тяжелым алмазным шурупом сверху и ушла на дно морское - в секунду, почти без всплеска.

***

Upd. Нашли, спасибо доброму юзеру, который не спит.

Super Deluxe - Chai, Chillum, Chapati - connection!

Freedom

Текст, который не взяли в качестве колонки. Написан в начале февраля.

Собственно, кризис сработал как плохой диагноз или, скорее, ожидание плохого диагноза: ты внезапно обнаруживаешь себя в приемной, посреди собственной же паники, прикидываешь, каким может быть худший расклад, пытаешься подыскать хоть одну утешительную мысль и хватаешься за все подряд - вот моя карьера, вот моя прекрасная квартира, взятая в кредит, вот моя жена, в которую я был даже честно влюблен первые пару лет после свадьбы, вот мой лучший друг, который в студенческие годы был ударником в той группе, которую мы придумали, а теперь вот тоже обрюзг, поскучнел и спивается потихоньку; и вдруг понимаешь, что если сейчас они выйдут и скажут, что тебе осталось полгода - ты не хочешь иметь ничего общего с тем человеком, который живет твою жизнь, потому что на самом деле тебе в ней ничего не дорого, кроме времени, потраченного на ее подробное обустройство. И хуже - даже если они выйдут и скажут, что все в порядке, - к черту, к черту такую жизнь.

Сокращенные, уволенные или не желающие ждать, покуда их уволят, вместо того, чтобы отправить резюме в другие пятьдесят компаний, затянуть ремень потуже, найти тридцать халтур, покуда будут бегать по собеседованиям - снимают половину денег с карточки, покупают себе вожделенную роскошную зеркалку и начинают фотографировать, потому что - чего уж там - мечтали об этом всю жизнь; бывшие директора отделов маркетинга плюют на все вокруг и садятся в худшем случае рубиться в варкрафт, в лучшем - берут друзей и уезжают в горы кататься, раз уж выпал неожиданный бессрочный отпуск; копирайтеры и дизайнеры-одиночки, выставленные с работы, приходят домой, отыскивают загранпаспорт, ставят в него индийскую визу и улетают жить в Северное Гоа до самого сезона дождей. Цветет дауншифтинг, похуизм и анархия. Есть, оказывается, упоение в бою и бездны мрачной на краю.

Оказалось, что только перед лицом реальной угрозы человек и способен признаться себе в том, в чем никогда не решался; потрясения всегда повод что-нибудь круто переосмыслить; я обожаю кризисы. Кризис берет тебя за плечи и говорит тебе: смотри, чувак. Деньги дрянная бумага. Ты был должен много, а теперь должен столько, что никогда не отдашь. Куда ты полез? Никогда не трать того, чего еще не заработал. Ты мог позволить себе и это, и то, а теперь ужасаешься дороговизне проездных билетов. Ты думал, что быть хорошим - это просто много работать, но выяснилось, что и это ни черта не гарантирует. Что ты в конечном итоге хотел купить, а теперь не можешь? Покой? Чувство востребованности? Защищенности? Крутизну? Отдых? Или ты просто делал деньги ради денег? И как, они решают что-нибудь сами по себе?

Скажем, в Гоа на один средний московский ужин в хорошем месте можно жить дней десять - с арендой жилья и скутера, при солнце, море и такой насыщенности цветов, что первые пять дней только и смаргиваешь; смесь свежевыжатого сока сладкого лайма с мандариновым стоит рупий пятьдесят, то есть рублей тридцать. Клубничный фреш - рублей сорок, но это потому, что на один стакан уходит много клубники; можно понять. Вы когда-нибудь пили клубничный фреш? А арбузный? Арбузный лучше всего утоляет жажду, рекомендую. Когда ты просто сопоставляешь две этих картинки в голове - один московский ужин и десять гоанских закатов с жареной рыбкой или банановым ласси, - ты вдруг всерьез не понимаешь, за что ты тут платишь, и - главное - почему так много. И зачем тебе так много брендовых тряпок, если фактически можно месяц ходить в пяти майках и двух али-баба-штанах и чувствовать себя при этом счастливейшим из смертных. И как можно всерьез переживать из-за пятнышка на блузке или царапины на капоте после того, как невозмутимы индусы в своих линялых доисторических рубахах, в ржавых разбитых тук-туках - невозмутимы и убийственно дружелюбны, как бы ты ни был белокож, лощен и какая бы камера не висела у тебя на животе. Главное, чтобы ты был хорошим парнем. Остальное, ей-богу, такая фигня.

Время стабильности учит тебя тому, что ты есть то, что ты потребляешь и присваиваешь. Время кризиса - тому, что ты есть то, что ты умеешь и создаешь, потому что твои деньги и вещи ни от чего тебя не спасут. Стабильность культивирует внешнее, кризис апеллирует к внутреннему. Отныне, когда ты больше не можешь позволить себе потреблять и развлекаться как раньше, симуляторы смысла жизни и пожиратели времени становятся тебе не по карману - остро встает вопрос о каком-то другом смысле, никак от денег не зависящем; его невозможно купить, можно только сгенерировать самому. Поэтому бедным творческим ребятам так спокойно. Поэтому пресыщенным стареющим богатеям так страшно.

Вот он, вот он, спасительный кризис, очищающий огонь - щелкающий по носу тех, кто уверовал, что бабло побеждает зло, заставляющий руководителей отделов крупных корпораций вставать на сёрф и сноуборд при тотальном отсутствии адекватных карьерных альтернатив, выгоняющий европейцев в Камбоджу, Непал, Вьетнам и Лаос, чтобы поучиться у местных искусству быть счастливым без соцпакета, на три доллара в день, провоцирующий на подвиги и безумства, на то, чтобы все бросить, все начать с нуля; подняться со скамеечки в приемной и, не дожидаясь вынесения вердикта, потянуться, расправить лопатки и выйти вон.

Город: дымы







*мой фотоаппарат называется Lumix DMC-LX3, у него широкоугольный объектив от Leica, у него всякие сложные матрицы для повышения качества изображения, но для меня важно, что он а) видит в темноте лучше, чем я б) умеет снимать видео хорошего качества и в) легкий и маленький - он был со мной в Париже, он прошел со мной всю Индию и снял мне десять гигов местных красот, до которых у меня все никак не доходят руки; он был и в Киеве, и в Питере, ему ни страшны ни сорок градусов, ни минус семнадцать; теперь в этом жж будет много фотографий, поэтому я решила его, наконец, представить.

(no subject)

Мы действительно собрали вещи в сорок пакетов позавчера утром, расплатились за дом, еду и скутеры, сели в машину и поехали в аэропорт улетать - и примчались тогда, когда самолет был уже в воздухе.

Мы опоздали.

Индия в самом наркотическом смысле не отпускает - меня очень смешили все эти байки про людей, которые не могут вернуться отсюда неделями, - Господи, да соберись ты, тряпка, вот твой билет, вот твой чемодан - но все оказалось и вправду не так просто; мы развернулись, приехали назад, бросили сумки в тот же дом, вынули из угловых карманов купальники и плавки, еще мокрые, и побежали купаться.

И тут наступила перезагрузка всего; добавленное время; неправдоподобная тысяча, которую находишь в старых джинсах, вторую неделю выкручиваясь на последнюю сотню; ааа, еще три заката, еще три рассвета, еще Day Market, еще десерт в тибетской кафешке, и в Псайбаре, и наши же скутеры, только взять ключи у Оксы; у меня три премиальных дня в Гоа, это целое состояние - рейс домой у меня завтра в час, в пять тридцать я должна буду прилететь, а в восемь у меня презентация в Артефаке; я поеду в клуб сразу из Домодедова, иначе просто никуда не успею - буду читать в чем была, не обессудьте.

Увидимся, в общем.